momond

Итак, очередная веха пройдена – я перевёл уже пять глав из четырнадцати. Книга Донны Саммер «Ordinary Girl. The Journey» с каждым днём всё более превращается в книгу «Простая девчонка. Путешествие» и в какой-то момент превратится в неё окончательно.

Ещё из новостей проекта – издательский дом Random House всё-ж-таки откликнулся на моё письмо и сообщил, что права на книгу были возвращены автору (ну или тому, кто теперь вместо него {Брюс Судано}), и что WME в этой истории выступает в качестве агента. Не то, чтобы это – какой-то значимый результат, но это однозначно внушает оптимизм. Что ж, теперь будем ждать ответа от WME, а потом – заручаться поддержкой Брюса Судано и начинать ломиться в русскоязычные издательства. Словом, план более-менее ясен.

Ну а теперь – пора уже наконец поднять тему песен Донны Саммер в СССР. Физически она туда не заезжала, но при этом её песни там очень даже были. Несмотря на то, что в 1984 году в СССР композиции Донны Саммер (внезапно) оказались под запретом за излишний эротизм, её записи активно ходили по рукам и прослушивались по многу раз (одну из тех записей я самолично слышал в детстве, хоть она мне тогда и не зашла).

Существует несколько советских фильмов, в которых звучат её песни, пусть и без упоминания в титрах и с традиционным для СССР наплевательством на авторские права. В первую очередь, это – фильм Родиона Нахапетова «Не стреляйте в белых лебедей» (1980 год), где звучит чуть ли не половина её альбома «A Love Trilogy». Ещё был мини-сериал Владимира Назарова «Голубка», где звучит вполне узнаваемый кусок из композиции «I Feel Love» с альбома «I Remember Yesterday». Погуглив минут пять, я нашёл ещё пару малоизвестных фильмов, о существовании которых тупо не знал: «Долгие дни, короткие недели…» (Семен Винокуров, Владимир Попков, 1980 год) – песня «MacArthur Park», и «Дачный домик для одной семьи» (Юлий Гусман, 1978 год) – песня «Love to Love You Baby» (да-да, та самая, с излишним эротизмом).

Если поднапрячь память, то всплывут несколько советских музыкальных фильмов, о которых смело можно сказать: автор музыки определённо слушал песни Донны Саммер, ибо влияние очевидно. И самым первым в этом списке будет, конечно же, «31 июня» (Леонид Квинихидзе, 1978 год). Это – тот самый случай, когда сходство не спрячешь.

Пока я тут гуглил, неожиданно всплыло видео выпуска еженедельной телепрограммы «Утренняя почта» за 1988 год, где внезапно, на 12 минуте, обнаруживается Донна Саммер с песней «All Systems Go» с одноимённого альбома 1987 года. Сюрприз!

Иными словами, с конца 1970-х по конец 1980-х её песни в СССР присутствовали, пусть и не в тех масштабах, что в Европе и США. Кто напряжёт память – тот вспомнит.

Ну а теперь – музыка:

Итак, я продолжаю свой путь по этой дороге из жёлтого кирпича. Ну да, такая ассоциация напрашивается, хоть в книге явно и не упоминается. Возможно даже, что я что-нибудь такое вверну в раздел «Вступительное слово переводчика».

На текущий момент мною уже переведены четыре главы из четырнадцати (то есть, почти треть книги). Четвёртая глава – это как раз та, где речь идёт о немецкой постановке мюзикла «Волосы». Начал я копать в том направлении, и докопался до того, что, оказывается, эта постановка послужила трамплином для карьеры не только Донны Саммер, но и заменившей её потом Лиз Митчелл, будущей солистки группы Boney M. Это – в продолжение темы совпадений.

Ещё – с гордостью сообщаю, что, выражаясь футбольной терминологией, мне удалось обыграть ИИ на его же поле. Итак, перевожу я вот такое предложение: «Bobbing my head to Jimi Hendrix, I was already quite tall, but I stood even taller in the platform shoes I liked to wear, topped off with a towering Angela Davis — style Afro». Подстрочник к этому предложению выглядит так: «Покачивая головой под Джими Хендрикса, я уже была довольно высокой, но стояла ещё выше в туфлях на платформе, которые любила носить, увенчанная возвышающейся причёской афро в стиле Анджелы Дэвис». Подстрочников, на самом деле, два, но второй – примерно такой же. Словом, как раз то, что по-русски называется: «В огороде бузина, а в Киеве дядька». Это, конечно, можно списать на хаотичность стиля Донны Саммер, но ведь должно же быть какое-то тайное знание^{скрытое послание}, соединяющее воедино обе части этого предложения. Ок, ладно. Начинаю докапываться сразу до двух ИИ, пытаясь получить от них хотя бы намёк на скрытый смысл. Поскрипев своими электронными мозгами, они выдали примерно следующее: «Ой! Вы знаете, похоже, что она действительно кивала головой в такт музыке и при этом носила высокую афропричёску». Ну спасибо, помог – так уж помог. Ладно, начинаю копаться сам. И – вы удивитесь, но разгадка нашлась в математической плоскости – то есть, там, где, казалось бы, ИИ должен ориентироваться как у себя дома. Итак, согласно открытым данным, рост Донны Саммер составлял 170 см. Высота её мега-афропричёски, судя по фотографии, была как минимум 20 см. Добавляем к этому туфли на платформе (по меньшей мере 5 см, хотя, скорей всего, больше) – и получается, что сумма всех этих сантиметров вплотную приближается к стандартной высоте дверного проёма. То есть, она цеплялась за всё своей афропричёской, а потому вынуждена была пригибать голову. Разгадка найдена! Перевод этого предложения таков: «Мне приходилось пригибать голову словно Джими Хендрикс — я и без того высокая, но казалась ещё выше в своих любимых туфлях на платформе, увенчанная огромной причёской афро в стиле Анджелы Дэвис».

Ну а теперь – музыка.